Десять треков, после которых вы начнёте иначе слушать свои наушники
У наушников есть неприятное свойство: они всё про вас знают. Точнее, про вашу систему – про усилитель, источник, любимые треки и даже про то, что вы считали «тёплым аналоговым звуком», пока не выяснилось, что это был просто небольшой горб на нижней середине. Поэтому у вас только два способа выбирать наушники.
Первый — читать характеристики. Импеданс, чувствительность, коэффициент гармонических искажений… Диаметр драйвера, тип мембраны, материал чашек… Через сорок минут вы уже уверены, что разбираетесь в аудио. Ещё через час начинаете сравнивать графики АЧХ. К полуночи покупаете кабель.
Второй способ — включить музыку.
Это гораздо опаснее. Потому что музыка быстро выясняет, умеют ли ваши новые наушники строить сцену, держать бас, различать микродинамику и не превращать вокал в набор сибилянтов.
И главное — умеют ли они просто играть.
Мы собрали десять треков, которые задают наушникам примерно те вопросы, которые не принято задавать на первом свидании. Что у тебя с низами? Почему ты кричишь? Куда подевался барабанщик? И почему внезапно появился звук бокалов?
Начнём.
01. Yosi Horikawa — «Bubbles»
Wandering, 2012
Проверяем: локализацию, стереосцену, панорамирование, транзиенты и суббас.
Начинается всё довольно невинно. Что-то падает, подпрыгивает, катится. Потом оказывается слева. Потом – справа. Потом – где-то за вашей головой. Примерно в этом месте выясняется, что Yosi Horikawa не столько пишет музыку, сколько проверяет пределы человеческой способности понимать, откуда именно взялся звук.
«Bubbles» — отличный тест на локализацию. Потому что плохие наушники скажут: звук слева. А хорошие сообщат: слева, чуть выше, ближе к вам, теперь движется вправо.
Очень хорошие наушники заставят вас обернуться.
Не надо. Это наушники.
Суббас здесь тоже показателен. Он не должен лезть вперёд с плакатом «Я БАС». Его задача — создать фундамент, на котором быстрые атаки перкуссии будут особенно заметны, и именно на таких контрастах обычно и выясняется характер драйвера.
Для тех, кому мало просто хороших наушников: попробуйте услышать разницу между сэмплированными звуками и живой деревянной перкуссией.
Если услышали — отлично.
Если нет — ничего страшного. Мы тоже сначала не услышали. Но она там есть.
02. Rebecca Pidgeon — «Spanish Harlem»
The Raven, 1994Проверяем: вокал, сибилянты, микродинамику и глубину сцены.
Некоторые записи созданы для того, чтобы их слушали. Некоторые — чтобы ими проверяли аппаратуру. «Spanish Harlem» каким-то образом умудряется делать и то и другое.
Запись Chesky Records предельно прозрачная: вокал, акустическая гитара, скрипки, бас, перкуссия – и никаких звуковых джунглей, каждый инструмент знает своё место и, что особенно приятно, не пытается занять место соседа.
Но главный объект экспертизы здесь — Rebecca Pidgeon. В хорошем исполнении её голос до мурашек натурален. Мы бы даже написали «пугающе натурален», но сама Ребекка настолько мила, что рука не поднимается.
Когда Ребекка поёт, помимо вокальной партии хорошо прочитываются дыхание, работа связок и мельчайшие изменения громкости.
И тут появляются сибилянты. Это – удивительная вещь. Если они присутствуют в записи, хорошие наушники скажут: «Да, присутствуют». Плохие: «Сейчас я вам их покажу».
И начинают делать «сссс» главным художественным приёмом композиции.
Для особо внимательных: послушайте эхо. По нему можно определить размеры помещения, в котором записывали трек.
Даже если вы никогда там не были.
03. Daft Punk — «Giorgio by Moroder»
Random Access Memories, 2013Проверяем: макродинамику, разделение инструментов и контроль сложного микса.
В начале Джорджо Мородер рассказывает о музыке. Потом Daft Punk напоминают, что рассказывать они тоже умеют, но лучше всё-таки сыграют.
Сначала — голос.
Потом синтезаторы.
Потом диско.
Потом живые барабаны.
Потом оркестр.
Потом гитара.
В какой-то момент в композиции становится столько всего, что обычные наушники начинают вести себя как человек, которому одновременно задают семь вопросов. Они просто перестают отвечать.
Но хорошие наушники сохраняют порядок. Поэтому барабаны остаются барабанами, синтезаторы — синтезаторами, оркестр не превращается в бетонную стену, а звучание гитары имеет свой контур. Это и есть хорошее разделение: не когда вы слышите много деталей, а когда понимаете, где заканчивается одна деталь и начинается другая.
Аудиофильский бонус: голос Мородера записан на три разных микрофона, относящихся к разным эпохам. Очень хорошие наушники позволяют услышать эту разницу. Фактически, это история звукозаписи в девяти минутах.
04. Billie Eilish — «bad guy»
When We All Fall Asleep, Where Do We Go?, 2019Проверяем: суббас, контроль драйвера и способность не утопить середину.
Если вы хотите проверить бас, есть простой способ – включите «bad guy».
Если хотите проверить, понимают ли наушники, что такое хороший бас, включите «bad guy» на хороших наушниках.
В этой невесёлой песенке суббас — не украшение, а главный персонаж. Он глубокий, плотный, физический. Бочка при этом короткая и скудная – она не собирается конкурировать с суббасом за внимание.
Вокал Билли Эйлиш усиливает контраст. Голос звучит сухо и очень детально. И вот здесь у некоторых наушников начинаются проблемы: низ забивает середину, вокал размывается – всё становится большим и внезапно довольно бессмысленным.
А не некоторые наушники удержат бас под контролем – и в этом состоит принципиальное различие, потому что много баса и хороший бас — совершенно разные вещи.
И маленькая загадка: один знакомый и хорошо читаемый звук в треке сделан из сигналов светофора для незрячих. Если вы поняли, о чём идет речь, то новые наушники вам не нужны.
Или всё-таки нужны, но со следующей зарплаты.
05. The Dave Brubeck Quartet — «Take Five»
Time Out, 1959Проверяем: стереосцену, атаку, тембр тарелок и ритмическую точность.
«Take Five» — прекрасная машина времени. Включаешь — и вот тебе 1959 год. Но для нас важнее другое – кто где стоит.
Известно, что рояль Брубека — справа, барабаны Джо Морелло — слева, контрабас Юджина Райта — по центру, а саксофон Пола Дезмонда — левее и выше.
Да, выше. А не на одном уровне со всеми.
Хорошие наушники легко это продемонстрируют. А для плохих – куча других испытаний. Например, барабаны. Малый – суховатый и быстрый. Бочка – мягкая, глубокая, без цифрового щелчка. А тарелки «рассыпаются» далеко за края левого канала – причём в обе стороны.
Саксофон Дезмонда должен быть и вкрадчивым, и чувственным, и даже эмоциональным. Но не таким, чтоб хотелось протереть уши. Сам Дезмонд описывал желаемый звук как dry martini. Определение, которое можно смело использовать при выборе не только саксофона, но и наушников.
Для продвинутых: прислушайтесь к стуку педалей рояля, скрипу табурета и учащённому дыханию Брубека, когда он выходит на остинато.
Это не дефекты. Это – жизнь.
И именно за такие «дефекты» аудиофилы любят хорошие записи и готовы тратить сумасшедшие деньги на апгрейды.
Но мы вас не призываем.
Разве что чуть-чуть…
06. Eagles — «Hotel California» (Live)
Hell Freezes Over, 1994Проверяем: масштаб сцены, глубину, реверберацию и позиционирование инструментов.
Есть такие песни, которые знают все. А есть такие, которые знают все, но аудиофилы слушают их особенно внимательно.
«Hotel California» — из вторых.
Концертная акустическая версия, записанная в 1994 году, начинается с гитары Дона Фелдера – 12 струн, дерево, резонанс, воздух. Если наушники хорошие, вы услышите не просто гитару, а те прекрасные мгновения, когда пальцы касаются струн.
А потом появляется удар в басовый барабан. В большой барабан. Очень большой барабан. Но главное — собранный. Ведь хороший низ не обязан трясти вашу черепную коробку. Он обязан быть быстрым, плотным и контролируемым.
Потом подключается перкуссия: маракасы, шейкеры, бонго. Следом – гитары и знаменитое двойное соло. Дон Фелдер и Джо Уолш находятся в разных точках сцены. В записи они разведены именно так, как стояли на сцене. А теперь попробуйте определить, у кого из них металлические струны, а у кого – синтетика.
Если определили — всё нормально.
Если дополнительно поняли, что Дон Фелдер в кожаной куртке — возможно, вы смотрели этот концерт на видео.
Факт для вечера: знаменитый удар — не обычная басовая бочка. Это большой оркестровый турецкий барабан, по которому бьют мягкой колотушкой.
Теперь этот звук официально имеет право быть таким большим.
07. Pink Floyd — «Shine On You Crazy Diamond, Parts I–V»
Wish You Were Here, ремастер 2011 годаПроверяем: тишину, затухания, микродинамику и высокие частоты.
Хорошая аудиофильская подборка без Pink Floyd выглядит подозрительно. Поэтому вот вам Pink Floyd.
Но есть нюанс. Мы берём ремастер 2011 года Дуга Сакса и Джеймса Гатри.
Композиция начинается с тишины. И это прекрасно. Потому что большинство людей проверяют наушники громкими звуками. А настоящая проблема начинается, когда звук становится тихим.
Можете ли вы услышать пространство? Хвост реверберации? Текстуру синтезатора? Трение? Дыхание? Мелкие детали, которые никто не обязан вам показывать, но хорошие наушники всё равно покажут.
Потом появляется гитара Гилмора.
И вот здесь легко попасть в ловушку, потому что плохие наушники сделают гитару яркой, а хорошие — выразительной. Это не одно и то же.
Для гурманов: в начале можно услышать разницу между звуком синтезатора и трением пальцев о края винных бокалов.
Потому что да.
Там есть винные бокалы.
Потому что Pink Floyd.
08. Ray Brown Trio — Soular Energy
The Dark Knight: Original Motion Picture Soundtrack, 2008
Проверяем: суббас, динамику, перегрузку и способность системы не развалиться.
Ханс Циммер начинает композицию лезвием бритвы по струнам виолончели. И уже на этом месте можно было бы остановиться.
Но нет.
Дальше идут в ход металлические удары, скрежет, индустриальные шумы, дисторшн и звук, который постепенно уходит туда, где человеческое ухо начинает подозревать неладное.
Нижний регистр здесь практически физический. Вы не столько слышите его, сколько чувствуете. И именно поэтому «Why So Serious?» — отличный тест на контроль драйвера. Если он не справляется, низ начинает расползаться, появляется гул, середина исчезает, высокие становятся нервными.
А потом всё окончательно превращается в кашу.
Хорошие наушники сохраняют структуру даже тогда, когда композитор явно не заинтересован в вашем спокойствии.
И ещё один трюк: высокий писк, который постепенно перемещается между каналами, меняет частоту – практически незаметно, украдкой, исподтишка.
Если после этого вам захочется проверить, не затаился ли кто-то под кроватью, — это не обязательно проблема наушников.
09. Tool — «Chocolate Chip Trip»
Fear Inoculum, 2019
Проверяем: стереолокацию, плотность микса, разделение ударных и трёхмерность.
Название обещает печенье.
Получаем Tool.
Ничего необычного.
Синтезатор начинает вращаться вокруг головы – и вовсе не метафорически. Он действительно перемещается в стереопанораме, создавая ощущение трёхмерного пространства. Здесь особенно хорошо слышно, зачем нужны наушники.
Потом вступают барабаны. Ритм становится сложнее. Электроника — грязнее. Аналоговые синтезаторы добавляют насыщение и фактуру.
И где-то на заднем плане появляется огромный гонг.
Хорошие наушники покажут, где он находится.
Не просто сообщат, что существует некий большой низкочастотный объект, а именно покажут. Потому что хорошая стереосцена — это не «широко».
Хорошая стереосцена – это понятно, где что находится.
Для обладателей действительно хороших наушников: обратите внимание на различия между ударами двух бас-бочек. Даже левая и правая нога барабанщика здесь имеют собственный характер.
А вы всё ещё считали, что слушаете просто рок?
10. Gustav Mahler — Symphony No. 2 «Resurrection»
Нью-Йоркский филармонический оркестр, Леонард Бернстайн, 1988Проверяем: масштаб, микродинамику, динамический диапазон и способность сохранять порядок в полном хаосе.
Ну что, теперь можно включать Малера.
Если первые девять треков были собеседованием, то Малер — испытательный полигон.
Оркестр.
Духовые.
Литавры.
Орган.
Хор из сотни голосов.
И всё это постепенно становится громче, пока у вас не возникает вполне естественный вопрос:
А наушники точно рассчитаны на такое?
Хорошие — да. Потому что задача здесь не в громкости. Задача — сохранить структуру. Часть духовых и литавр находится за кулисами. Основной оркестр — перед вами. Хор занимает собственное пространство. В результате появляется настоящая глубина. Не эффект «лево-право», которым любят хвастаться производители, а ощущение расстояния.
Близкое.
Далёкое.
Переднее.
Заднее.
И потом вступает орган. Низкая частота перестаёт быть просто звуком и становится фундаментом здания. При этом оркестр не должен исчезнуть под ним. Вот это и есть контроль.
А кульминация — последний экзамен. Сотни голосов должны оставаться сотнями голосов. Плохие наушники превращают хор в кашу. Хорошие сохраняют группы. Отличные – дают услышать пространство между ними.
Финальный бонус: Todeswirbel — тремоло литавр и большого барабана. Оно должен быть хлёстким и ритмичным. Не «уууууууу», а именно серия отдельных ударов.
Если слышите разницу — всё.
Вы готовы.
Что делать после
Есть одна проблема со всеми аудиофильскими тестами. Они заставляют слушать аппаратуру. А это, вообще-то, не совсем её работа. Поэтому после всех десяти треков сделайте самое сложное. Поставьте музыку, которую вы действительно любите. Не тестовый трек. Не запись, которую рекомендуют на форуме. Не «идеальный материал для оценки сцены». Свою музыку. И просто послушайте. Без попытки услышать микродетали. Без поиска «воздуха». Без проверки суббаса. Без мыслей о транзиентах.
Если вдруг вы услышите знакомую песню и поймёте, что раньше не замечали в ней половины происходящего, — всё получилось. Потому что хорошие наушники нужны не для того, чтобы вы услышали больше деталей. Они нужны для того, чтобы музыка снова стала интересной.
А уже потом можно вернуться к таблице характеристик.
И заказать кабель.
Разумеется.
Новости и обзоры
Двадцать альбомов, которые не стыдно включить даже в самых дешёвых наушниках
Дорогие наушники — приятная вещь. Они умеют показывать шёпот вокалиста, вздох перед первой строчкой, затухание тарелки и тот самый звук, который инженер спрятал в левом канале примерно на 2:47, чтобы
Десять треков, после которых вы начнёте иначе слушать свои наушники
У наушников есть неприятное свойство: они всё про вас знают. Точнее, про вашу систему – про усилитель, источник, любимые треки и даже про то, что вы считали «тёплым аналоговым звуком»,
Пятнадцать альбомов, великолепие которых по-настоящему раскрывается только в дорогих наушниках
Есть музыка, которая держится на мелодии, голосе и хорошем припеве. Ей всё равно, слушаете вы её через старые вкладыши, колонку на кухне или систему, собранную человеком, который однажды сказал слово
