Победители, которые отменили правила: десять альбомов против войны громкостей

В нулевые музыкальная индустрия вела себя так, будто у слушателя отобрали ручку громкости. Чем ближе мастеринг подползал к цифровому потолку, тем спокойнее становилось начальство: вот теперь песня точно не затеряется между рекламой шампуня и следующим хитом.

Потом случилось неприятное. Некоторые альбомы продавались миллионами, получали Grammy и при этом существовали в изданиях с DR10, DR11, DR12 — то есть оставляли музыке право быть то тише, то громче. Покупатели, как выяснилось, умели прибавлять громкость сами. Индустрия пережила эту новость тяжело.

Здесь есть техническая оговорка. DR — не табель успеваемости и не сертификат «аудиофильности». Для винила цифра зависит не только от мастера, но и от тракта воспроизведения и оцифровки. Поэтому дальше DR относится к конкретным измеренным изданиям. Где CD был пережат, а пластинка сохранила динамику, это прямо сказано.

Именно такие случаи интереснее всего. Они доказывают не то, что винил свят, а CD грешен. Они доказывают, что самой музыке вовсе не требовалось превращаться в кирпич, чтобы стать хитом.

1. U2 — All That You Can’t Leave Behind (2000)

После Pop и стадионной иронии девяностых U2 решили снова делать то, за что их когда-то полюбили: большие песни без обязательной инструкции по современному искусству. Брайан Ино и Дэниел Лануа помогли. Получился альбом, который стал №1 в 32 странах, разошёлся примерно 12-миллионным тиражом и собрал семь Grammy. «Beautiful Day» и «Walk On» умудрились обе получить Record of the Year — достижение почти неприличное.

На CD альбом довольно плотно сжат — около DR8. Зато измерения винилового издания дают примерно DR11. Разница не превращает Боно в камерного певца, но показывает главное: этому материалу не требовалось всё время стоять у красной зоны.

Помогут ли хорошие наушники понять, почему этот альбом стал победителем?

Да. На динамичной версии легче услышать задержки и послезвучия гитары Эджа, атаку барабанов Ларри Маллена-младшего и тот воздух, который Ино с Лануа оставляют между слоями. Хорошие наушники не сделают U2 менее монументальными. Они просто покажут, что монумент вовсе не обязан быть залит бетоном до самого верха.

2. Norah Jones — Come Away With Me (2002)

Самый унизительный эпизод войны громкостей произошёл, возможно, не с рок-группой, а с 22-летней певицей, которая значительную часть альбома поёт так, будто рядом кто-то спит. Come Away With Me дошёл до первого места в двадцати странах, разошёлся почти 30 миллионами экземпляров и собрал восемь Grammy, включая Album of the Year, Record of the Year, Song of the Year и Best New Artist.

И здесь даже не приходится спасаться винилом: европейский CD 2002 года показывает DR11. Запись давно стала любимицей аудиофильских демонстраций — не из-за фокусов, а потому что в ней прекрасно слышны голос, щётки, контрабас, рояль и сама комната. Всё довольно старомодно. То есть работает.

Помогут ли хорошие наушники понять, почему этот альбом стал победителем?

Очень. На хорошей паре становится ясно, насколько много музыки живёт ниже уровня «эффектного». Слышно дыхание Джонс, хвосты рояля, движение щёток по пластику, мягкую атаку баса. Никакой пиротехники. Через десять минут начинаешь подозревать, что громкость вообще не была главным музыкальным инструментом. Неловкая мысль для 2002 года.

3. Bruce Springsteen — The Rising (2002)

The Rising вернул Спрингстина в студию с E Street Band после почти двух десятилетий и оказался альбомом, который невозможно отделить от Америки после 11 сентября. Продюсер Брендан О’Брайен сделал звук плотным, иногда даже слишком; зато песни оказались сильнее любых претензий к мастерингу. Альбом взял Grammy за Best Rock Album, был номинирован на Album of the Year и продался миллионными тиражами — оценки чистых продаж доходят примерно до пяти миллионов.

CD находится примерно в районе DR8. Измеренные виниловые версии показывают около DR12. И вот тут начинается самое интересное: музыка не становится «спокойнее». Она становится крупнее.

Помогут ли хорошие наушники понять, почему этот альбом стал победителем?

Да, особенно на «Into the Fire», «The Rising» и «My City of Ruins». В динамичном издании хор не просто становится громче — он вырастает из тишины. У малого барабана появляется удар, у гитар — отдельные контуры. Это не самый безупречный аудиофильский мастеринг десятилетия. Но хорошие наушники отлично объясняют, почему масштаб и компрессия — всё-таки не одно и то же.

4. The White Stripes — Elephant (2003)

Записать один из главных рок-альбомов десятилетия почти без цифровых удобств — прекрасный способ испортить настроение индустрии, которая как раз училась делать всё громче, ровнее и удобнее. Jack White и Liam Watson работали в Toe Rag Studios на старой аналоговой технике. Elephant продался тиражом свыше четырёх миллионов, получил Grammy за Best Alternative Music Album и номинацию на Album of the Year.

Оригинальный CD — около DR9, но динамичные виниловые издания доходят примерно до DR12. Позже альбом вообще удостоился аудиофильского UHQR-переиздания Analogue Productions. Гаражный рок пришёл в комнату с аппаратурой стоимостью как автомобиль и, к удивлению всех, не испачкал ковёр.

Помогут ли хорошие наушники понять, почему этот альбом стал победителем?

Ещё как. На «Seven Nation Army» и особенно «Ball and Biscuit» хорошо слышно, где перегруз усилителя является музыкой, а где перегруз мастеринга просто съедает форму удара. Хорошие наушники сохраняют шероховатость записи, но дают ей объём. Meg White по-прежнему играет просто. Просто внезапно выясняется, что «просто» — не синоним «плоско».

5. Ray Charles — Genius Loves Company (2004)

Последний студийный альбом Рэя Чарльза мог превратиться в парад почётных гостей и торжественных речей. Вместо этого получилась живая запись дуэтов с Норой Джонс, Elton John, B.B. King, Van Morrison, Bonnie Raitt и ещё половиной музыкального пантеона. Альбом продался тиражом свыше 5,5 миллиона и взял восемь Grammy, включая Album of the Year и Record of the Year.

Что особенно приятно, оригинальный CD уже показывает около DR10. То есть никакой специальной археологии не требуется. Запись получила и профессиональное признание за звук: среди наград были инженерные категории, а участие Al Schmitt и мастеринг-команды вовсе не выглядели случайностью.

Помогут ли хорошие наушники понять, почему этот альбом стал победителем?

Да, но не ждите аттракциона. Хорошие наушники показывают человеческий масштаб записи: голос Чарльза чуть впереди, партнёр рядом, рояль имеет массу, духовые — воздух, а паузы не замазаны фоновой кашей. Самое дорогое здесь — не частотный диапазон. Это ощущение, что музыканты действительно находятся в одной комнате и почему-то не мешают друг другу. В Hi-Fi такое случается реже, чем принято признавать.

6. Green Day — American Idiot (2004)

American Idiot — почти издевательство над нашей темой. Оригинальный CD с его примерно DR5 сам является прекрасным экспонатом музея войны громкостей. Но альбом продался тиражом более 23 миллионов, получил Grammy за Best Rock Album, а позже выяснилось, что та же музыка вполне способна жить гораздо свободнее: измерения удачных виниловых версий доходят примерно до DR12.

Это важный случай. Победителем здесь оказался не конкретный CD, а сама запись. Панк-опера не перестала быть панк-оперой, когда ей вернули транзиенты. Политический пафос тоже не исчез. Даже странно.

Помогут ли хорошие наушники понять, почему этот альбом стал победителем?

Особенно на «Jesus of Suburbia». На динамичной версии переходы между частями действительно меняют масштаб, удар Tré Cool получает тело, а гитарные стены перестают быть одной длинной стеной. Хорошие наушники быстро объясняют простую вещь: постоянный крик не делает протест убедительнее. Иногда он просто делает его длиннее.

7. Red Hot Chili Peppers — Stadium Arcadium (2006)

Двойной альбом на 28 песен — уже форма самоуверенности. Stadium Arcadium мог бы развалиться под собственным весом, но продался более чем семимиллионным тиражом, получил Grammy за Best Rock Album, а «Dani California» принесла группе ещё несколько статуэток. Rick Rubin продюсировал, John Frusciante был в фантастической форме, а Flea и Chad Smith делали всё, чтобы слушатель не успевал скучать.

На CD ситуация почти карикатурная: около DR5–6. Зато оригинальный винил, мастеринг которого связан со Steve Hoffman и Kevin Gray, показывает примерно DR12. Разница настолько большая, что спор о «тонких нюансах формата» здесь хочется временно закрыть.

Помогут ли хорошие наушники понять, почему этот альбом стал победителем?

Да, и очень быстро. В динамичной версии Flea снова играет отдельные ноты, а не басовую полосу; атака барабанов Chad Smith перестаёт быть декоративной; многослойные гитары Frusciante начинают расходиться по глубине. Четыре пластинки здесь выглядят не аудиофильской религией, а элементарной санитарией. Двадцать восемь песен всё-таки требуют воздуха.

8. John Mayer — Continuum (2006)

До Continuum Джона Мэйера было удобно считать красивым молодым человеком с гитарой и контрактом. Потом рядом появились Steve Jordan и Pino Palladino, а сам Мэйер вдруг записал взрослую смесь попа, блюза, соула и мягкого фанка. Альбом продался более чем пятимиллионным тиражом, получил Grammy за Best Pop Vocal Album и был номинирован на Album of the Year.

CD довольно плотный — около DR7. Измерения винилового издания 2006 года дают примерно DR11. Среди любителей хорошего звука Continuum ценят именно за ритм-секцию, тембр гитары и редкое для большого поп-релиза чувство пространства. Не культ уровня Steely Dan, но и не случайность.

Помогут ли хорошие наушники понять, почему этот альбом стал победителем?

Поставьте «Gravity» или «Slow Dancing in a Burning Room». На хороших наушниках слышно, что Steve Jordan играет не просто громко или тихо — он двигает грув микродинамикой. Pino Palladino существует отдельно от бас-бочки, а гитарный усилитель Мэйера имеет текстуру. Гитара снова оказывается инструментом, а не JPEG-файлом с изображением гитары. Уже неплохо для поп-альбома 2006 года.

9. Robert Plant & Alison Krauss — Raising Sand (2007)

На бумаге идея выглядела как заседание комитета по неожиданным дуэтам: бывший фронтмен Led Zeppelin, королева bluegrass и T Bone Burnett в роли человека, который должен сделать так, чтобы никто не пожалел. Вышло лучше. Raising Sand стал большим коммерческим успехом, получил Album of the Year и ещё четыре Grammy за один вечер; мировые продажи исчислялись миллионами.

CD показывает примерно DR7, виниловое измерение — около DR10. Альбом давно кочует по обзорам аудиофильской техники, и понятно почему: он построен не на блеске, а на тёмных тембрах, странных ударных, близких голосах и очень аккуратной атмосфере.

Помогут ли хорошие наушники понять, почему этот альбом стал победителем?

Да. Jay Bellerose играет так, будто барабанная установка иногда находится этажом ниже; Marc Ribot оставляет гитарные реплики почти в полумраке; голоса Plant и Krauss сходятся, но не слипаются. Хорошие наушники показывают глубину этой конструкции. Самый забавный поворот: Robert Plant получил Album of the Year, фактически победив стадионную громкость тем, что наконец перестал ей что-либо доказывать.

10. Coldplay — Viva la Vida or Death and All His Friends (2008)

Это самый неудобный кандидат в списке — поэтому он здесь. Viva la Vida был гигантским поп-релизом: №1 во множестве стран, самый продаваемый альбом мира по итогам 2008 года, впоследствии — около десяти миллионов копий. Он получил Grammy за Best Rock Album и был номинирован на Album of the Year. Brian Eno, Markus Dravs и Rik Simpson набили аранжировки колоколами, струнами, перкуссией, синтезаторами и реверберацией так, будто свободное место в миксе облагалось налогом.

CD — примерно DR7. Виниловые измерения доходят до DR11. Не всякая пластинка звучит образцово, и я бы не стал делать из Coldplay новый Sheffield Lab. Но сама возможность услышать этот материал с большим динамическим запасом крайне показательна.

Помогут ли хорошие наушники понять, почему этот альбом стал победителем?

Да. В «Violet Hill», «Yes» и «Death and All His Friends» слои начинают располагаться не только слева и справа, но и в глубину. Кульминации действительно приходят, а не продолжаются с первой секунды. Ирония прекрасна: Brian Eno придумал достаточно слоёв. Добавлять сверху ещё и бетон мастерингом было совершенно необязательно.

Победили не соперника. Победили правила

Война громкостей не закончилась после этих десяти альбомов. Некоторые из них сами вышли на CD в состоянии, за которое сегодня хочется вызвать специалиста по реставрации транзиентов. Потом появились стриминг, нормализация громкости и наконец практический смысл давить мастер на несколько децибел начал испаряться.

Но именно поэтому эта десятка интересна. Она существовала внутри эпохи, которая уверяла: тихий мастер проиграет. И всё же музыка продавалась миллионами, забирала Grammy, становилась частью массовой культуры — а динамичные издания показывали, что никакой физической необходимости превращать её в кирпич не было.

Хорошие наушники здесь полезны не как судья и не как дорогое увеличительное стекло для поиска преступлений. Они дают услышать причинно-следственную связь: когда атаке оставляют атаку, тишине — тишину, а кульминации — возможность действительно стать кульминацией, песня не становится менее коммерческой. Она просто становится музыкой.

Выходит, самым разрушительным оружием в войне громкостей всё это время была ручка громкости. Она, как назло, находилась у слушателя.

Новости и обзоры

Фонотека