Десять альбомов, которые мир почти не заметил

Десять записей неизвестных героев, на которых хорошая музыка встретилась с хорошим звуком. И никто не вызвал полицию.

Когда аудиофил просит поставить что-нибудь действительно хорошо записанное, в комнате обычно появляются Dire Straits, Steely Dan или очередное издание The Dark Side of the Moon. Музыка прекрасная. Но невольно возникает подозрение, что человечество выпустило за последние полвека всего семь альбомов, пригодных для проверки акустической системы.

Между тем существуют музыканты, чьи записи расходились скромными тиражами, обходились без стадионов и золотых статуэток, зато оставляли после себя нечто значительно более редкое: желание прослушать альбом ещё раз. Целиком.

Мы выбрали десять таких работ — от блюза, записанного в сарае, до средневековых песнопений и электронной музыки, собранной из звуков улицы. У некоторых артистов есть преданная аудитория и признание специализированной прессы. Совсем неизвестными они не были. Но в обычный перечень величайших альбомов всех времён их почему-то не зовут.

Аудиофильский критерий тоже будет не декоративным. Где-то он связан с особым способом записи, где-то — с точностью передачи инструментов, динамикой или звуковой сценой. При этом не станем путать приятный тембр с сертификатом инженерного совершенства.

И да, мы подобрали каждому альбому наушники Kennerton. Не потому, что плохие наушники запрещают слушать музыку. Просто некоторые записи особенно убедительно объясняют, за что люди платят деньги, когда покупают хорошие.

1. Chris Whitley — Dirt Floor (1998). Когда студия мешает музыке

К концу девяностых Крис Уитли успел получить контракт с Columbia, выпустить несколько пластинок и потерять интерес крупного лейбла. Следующую запись он сделал в вермонтском амбаре своего отца. Продюсер Крейг Стрит и инженер Дэнни Кадар использовали один стереофонический ленточный микрофон и двухдорожечный аналоговый магнитофон. Никаких двадцати дублей для получения «идеального» скрипа стула.

Девять песен, около 27 минут. Голос, акустическая гитара, банджо, удары ногой по полу. В Wild Country чувствуется усталость человека, который слишком долго бежал не в ту сторону; в Dirt Floor — почти пугающее спокойствие. Пластинка лишена студийного лоска, но по присутствию музыканта в комнате способна поставить в неловкое положение альбом с бюджетом на несколько нулей больше.

Для аудиофила это не шоу спецэффектов. Это проверка, умеет ли система воспроизводить живой звук, не приукрашивая его.

Что услышат хорошие наушники

Здесь важны шероховатость голоса, деревянный корпус гитары, короткие призвуки после ударов по струнам и акустика помещения. Kennerton Rognir Dynamic с нейтральным балансом и точной передачей средних частот позволит различить все эти мелочи, не превратив сарай в концертный дворец. А он, между прочим, и не просил.

2. Antonio Forcione & Sabina Sciubba — Meet Me in London (1997). Двое без страховочной сетки

Название обещает встречу в Лондоне. На обложке действительно гуляют двое: итальянский гитарист Антонио Форчоне и певица Сабина Шубба. На записи они делают примерно то же самое — разговаривают, только инструментами.

Альбом выпустил Naim Label, подразделение компании, которая прекрасно понимала, что хорошая запись помогает продавать хорошую аппаратуру. Здесь есть Take Five, Caruso, Estate и несколько неожиданных переложений поп-музыки. Но главное — не репертуар. Сабина произносит фразу, Форчоне отвечает гитарой, затем оба выдерживают паузу. И пауза оказывается полноценным участником дуэта.

Рецензент Hi-Fi+ отдельно отмечал суховатую, почти неукрашенную работу звукорежиссёра Питера Уильямса. Никакого искусственного собора вокруг вокалистки. Микрофоны просто не мешают двум талантливым людям.

Сам Форчоне называет эту запись редкой удачей. Для широкой публики она так и осталась почти незнакомой.

Что услышат хорошие наушники

Проверять стоит интонации в Estate и движения правой руки гитариста: атака струны и затухание ноты не должны сливаться. Kennerton Magister Heritage с уравновешенной серединой и умеренной детализацией оставят центром внимания голос и музыкальный разговор, а не акустическую лупу. Кажется, именно этого исполнители и добивались.

3. Marta Gómez — Entre Cada Palabra (2006). Тринадцать ритмов и ни одного лишнего жеста

Колумбийка Марта Гомес училась в Беркли, но её песни совершенно не похожи на демонстрацию академических навыков. Они больше напоминают разговор с человеком, который умеет рассказывать истории, не повышая голос.

На втором альбоме для Chesky Records уместились четырнадцать композиций с тринадцатью латиноамериканскими ритмическими рисунками. Гитара, флейта, кларнет, аккордеон, ненавязчивая перкуссия и голос, способный передать оттенок эмоции там, где более темпераментный исполнитель давно перешёл бы на крик.

Пластинку записали в сентябре 2005 года, выпустили в марте 2006-го. Chesky работали с музыкой в естественной акустике, и на этом альбоме особенно хорошо слышно, как инструменты существуют рядом, не толкая друг друга локтями. Начните с María Mulata, затем Mar Adentro, Despacito. И забудьте на время об эквалайзере.

С музыкальной точки зрения это редкая удача: сложная ритмика ни разу не выставляется на витрину как спортивное достижение.

Что услышат хорошие наушники

В хороших наушниках заметна разница между звучанием струны, дыханием флейты и мягкими согласными певицы. Kennerton Vinneta Baroque, открытые планары с естественной и чуть тёплой подачей, здесь уместнее нарочито яркой аналитики. Музыке Гомес нужно пространство и доверие. Сверхподробная экспертиза её не интересует.

4. Trio Mediaeval — Soir, dit-elle (2004). Шесть веков в одном помещении

Три скандинавские певицы, музыка XV столетия и сочинения современных композиторов. Сочетание, которое легко принять за музейную программу. Но слушать этот диск как экспонат не получается.

Trio Mediaeval связывает части мессы английского композитора Леонела Пауэра с музыкой Гэвина Брайарса, Айвана Муди и других наших современников. Они не притворяются средневековыми монахинями. Поют так, словно между эпохами существует удобная дверь, а не шестьсот лет истории.

ECM записали альбом в апреле 2003 года в австрийском Санкт-Герольде. В центре внимания не эффектное многоканальное пространство, а три индивидуальных голоса, которые то сливаются в один, то неожиданно расходятся. Попробуйте A Lion’s Sleep или Kyrie: чем тише становится музыка, тем яснее слышно, насколько тщательно исполнители владеют интонацией.

Любителям «жирного» баса здесь ловить совершенно нечего. На редкость полезное обстоятельство.

Что услышат хорошие наушники

Наушникам нужно сохранить различимость трёх голосов, длинные реверберационные хвосты и отсутствие шипящей резкости на верхах. Kennerton Thror mk2 с открытым оформлением и референсной прозрачностью помогут расслышать работу пространства и ансамбля. Здесь качество звука проверяется не ударом большого барабана, а тем, как тихо исчезает нота.

5. Jon Hassell — Fascinoma (1999). Труба, которая забыла, что она труба

Джон Хасселл десятилетиями изобретал музыку «четвёртого мира» — воображаемую территорию между джазом, индийской традицией и электроникой. Но на Fascinoma случилось почти невероятное: он впервые за долгую карьеру решил записать чужие мелодии.

Nature Boy, Poinciana, Caravan. Узнаваемые вещи здесь будто увидены сквозь запотевшее стекло. Труба то звучит человеческим голосом, то становится бесплотным шёпотом. Рядом — гитара Рая Кудера, фортепиано Жаки Террассона и флейта бансури Рону Маджумдара.

Альбом записывали в часовне в Санта-Барбаре; техническая команда работала с аппаратурой, ориентированной на максимально естественную передачу тембров и пространства. Это слышно в Wide Sky и Caravanesque: звуки не выстроены по линейке, а свободно существуют в помещении.

Знаменитым альбом не стал. Возможно, потому, что его трудно слушать по дороге на деловую встречу. Возникает риск не приехать.

Что услышат хорошие наушники

Главная задача — передать сложный обертоновый состав трубы, воздух флейты и глубину сцены, не превращая её в туман. Kennerton Arkona с прозрачной серединой и широким для закрытой конструкции пространством здесь очень кстати. Хорошая проверка способности наушников сохранять материальность звука, когда сама музыка изо всех сил пытается её отменить.

6. Renaud García-Fons — Oriental Bass (1998). Контрабас, который объявил независимость

Француз Рено Гарсия-Фонс играет на пятиструнном контрабасе так, будто привычного определения инструмента ему явно недостаточно. Иногда это виолончель. Иногда — восточная лютня. Иногда — целый ударный ансамбль, которому забыли выдать остальных музыкантов.

Oriental Bass записан в 1997 году для Enja. Вокруг контрабаса возникают фламенко-гитара, аккордеон, флейты, лютня и восточная перкуссия. Здесь нет туристического каталога «мелодий народов мира»: Гарсия-Фонс действительно разговаривает на нескольких музыкальных языках и не считает нужным предупреждать о переходе.

Начните с San Juan, затем Ghâzali и Bajo Andaluz. У музыки потрясающая пластика. Артист одинаково убедителен в стремительных пассажах и в длинной смычковой фразе, где каждый обертон кажется самостоятельным существом.

Идеальный альбом для тех, кому известно слово «контрабас», но до сих пор кажется, что его роль — прилично стоять позади солиста.

Что услышат хорошие наушники

Здесь требуется не просто бас, а его разделение на струну, резонанс корпуса, смычок и зал. Kennerton Veritas с нейтральным характером, высокой детализацией и чёткой ритмикой помогут услышать, как пятиструнный инструмент перемещается между басовым фундаментом и почти скрипичным регистром. Редкий случай, когда выражение «больше баса» означает больше музыки, а не больше панча.

7. Yosi Horikawa — Spaces (2019). Музыка, найденная на улице

Японский звуковой художник Ёси Хорикава способен провести несколько часов, записывая шорох предмета, мимо которого большинство людей пройдёт, не оборачиваясь. И позже сделать из него музыку, которую хочется слушать на хорошей системе.

На Spaces полевые записи из лесов, городов и повседневной жизни превращаются в сложную электронику с элементами хип-хопа и IDM. Moldy Vinyl, Swashers, Vietnam — названия иногда подсказывают, откуда взялся звук, но почти никогда не объясняют, куда он в итоге попал.

Хорикава выпустил альбом на собственном лейбле Borrowed Scenery в мае 2019 года. Одиннадцать композиций — демонстрация не столько цифровых эффектов, сколько удивительной музыкальности звукового мусора. Шорох внезапно становится ритмом, движение — мелодией, а акустическая перспектива работает как самостоятельный инструмент.

После такого прослушивания даже пакет с продуктами начинает казаться потенциальным солистом.

Что услышат хорошие наушники

Здесь проверяются локализация, микродинамика и чистота разделения множества мелких звуков. Kennerton Rognir mk2 — закрытые планары с необычно объёмной сценой и точной передачей деталей — способны сделать Spaces почти физическим пространством. Только не путайте стереоэффекты с обязательной «реальностью» происходящего: Хорикава давно перестал подписывать соглашения с законами привычной акустики.

8. Fink — Perfect Darkness (2011). Блюз после ночного клуба

Фин Гринолл когда-то работал диджеем и записывал электронику для Ninja Tune. Потом взял акустическую гитару и неожиданно обнаружил, что ритмические привычки не так-то просто оставить в прошлой жизни.

Perfect Darkness — десять песен, где фолк, трип-хоп и блюз разговаривают почти шёпотом. Гитара задаёт рисунок, бас упрямо держит пульс, ударные появляются ровно в тот момент, когда тишина уже успела показаться главным инструментом. Продюсер Билли Буш записал и свёл альбом без желания превратить его в привычную поп-глыбу.

В заглавной вещи достаточно одного повторяющегося риффа, чтобы началось медленное погружение. В Warm Shadow напряжение нарастает почти незаметно. А Berlin Sunrise позволяет выйти из этой темноты без драматического спасательного оркестра.

Критики спорили о сдержанности песен. Аудиофилы же получили редкую возможность услышать, как небольшое число инструментов создаёт полноценный музыкальный мир.

Что услышат хорошие наушники

Нужны рельефный бас, быстрая атака перкуссии и плотный, не расползающийся голос. Kennerton Gjallarhorn GH50 Nova с упругой нижней серединой, контролируемым басом и живой динамикой передадут пульс этой записи, не лишив её интимности. Только осторожнее с громкостью: Fink не кричит вовсе не потому, что его плохо записали.

9. Amber Rubarth — Sessions from the 17th Ward (2012). Альбом, который смотрит вам в уши

В марте 2012 года Эмбер Рубарт пришла в бруклинский Hirsch Center с гитарой. Рядом расположились виолончелист Дэйв Эггар, скрипач Тим Снайдер и перкуссионист Чак Палмер. Вместо привычного леса микрофонов перед ними поставили искусственную голову Brüel & Kjær с микрофонами на месте ушей.

Так Chesky записали Sessions from the 17th Ward — один из самых убедительных примеров бинауральной технологии в популярной акустической музыке. В репертуаре соседствуют собственные песни, Hold On Тома Уэйтса и Just Like a Woman Боба Дилана. Весь альбом построен на живом взаимодействии четырёх людей, а не на последующем виртуозном склеивании их партий.

В Don’t You инструменты спорят без малейшего желания победить. В Tundra слышны не только ноты, но и воздух вокруг них. При этом песни хороши и без технического фокуса — редкое достоинство демонстрационной записи.

Что услышат хорошие наушники

Именно наушники позволяют полноценно оценить бинауральные подсказки пространственного слуха. Kennerton Heartland mk2, открытые планары с выразительной сценой и хорошей передачей динамики, дадут услышать расстояния между участниками ансамбля и естественный спад звуков. Результат зависит также от вашей анатомии и индивидуальных особенностей бинауральной записи: не каждый услышит одинаковую «трёхмерность». Честность иногда звучит лучше рекламы.

10. Hidden Orchestra — Night Walks (2010). Джаз, который вышел погулять ночью

Название Hidden Orchestra кажется шуткой. Оркестр действительно скрыт — внутри студийных слоёв, природных шумов и ритмических рисунков британца Джо Ачесона. На дебютном Night Walks живые барабаны, контрабас, скрипка, духовые и фортепиано соседствуют с полевыми записями и программированием.

В Antiphon всё начинается почти невинно: дождь, мягкая мелодия, низкий бас. Потом вступают ударные и спокойная прогулка незаметно превращается в приключение. В Dust и Undergrowth граница между инструментальным джазом и электроникой становится совершенно необязательной.

Пластинка вышла на Tru Thoughts в сентябре 2010 года. Внимательная работа с фактурой не мешает музыке оставаться живой: два барабанщика — это всё-таки не программная функция. Иногда они звучат как два разных характера, которые пытаются договориться об одном ритме.

Массовый хит из такого материала не сделаешь. Зато он отлично доказывает, что амбициозная музыка вполне может обходиться без сорокаминутного гитарного соло.

Что услышат хорошие наушники

Хорошая модель должна одновременно удерживать ритм, раскладывать многослойную сцену и не превращать низкие частоты в сплошной гул. Kennerton Vali Neoteric, открытые динамические наушники с энергичной и тёплой подачей, помогут услышать ударную секцию как ансамбль, а не как шумовое сопровождение. Включите Antiphon и проверьте, удаётся ли вам сосчитать музыкантов, не переставая притопывать ногой.

Заключение. Десять хороших причин не доверять хит-парадам

У всех этих альбомов разная биография. Кто-то записывался в часовне, кто-то — в амбаре, кто-то превратил городской шум в полноценную партитуру. Их объединяет не отсутствие успеха как такового: известность внутри узких сообществ, положительные рецензии и культовый статус у некоторых есть. Просто ни один не стал той записью, которую принято обязательно предъявлять соседу при покупке нового усилителя.

Не исключено, что дело именно в музыке. Здесь нет универсального демонстрационного трека, который за первые тридцать секунд выдаёт великолепный бас, гигантскую сцену и звук треугольника непременно где-то над левым ухом. Зато есть вещи куда интереснее: характер исполнителя, необычная идея и звук, который поддерживает музыку, а не выставляет себя на конкурс.

Хорошие наушники дают этим пластинкам ещё один шанс. Они помогают услышать, как работает смычок, где заканчивается голос и начинается помещение, почему даже почти неслышный удар по струне может оказаться важнее мощного синтезатора.

Но если после прослушивания вам захочется не проверить очередную модель ЦАПа, а узнать, какие ещё альбомы записал этот музыкант, считайте, всё получилось.

Собственно, для этого музыку когда-то и придумали. А вовсе не для того, чтобы у нас появилась возможность в пятый раз подряд слушать Money.

Новости и обзоры

Фонотека